Основные характеристики неформального сектора экономики. Неформальная экономика в россии выросла до рекордных размеров

5.3. Формальная и неформальная экономика – сфера развития самоорганизации общественного хозяйствования

Современный экономический мир представляют многомерные, органически взаимосвязанные на различных уровнях отношения национальных и межнациональных, высокоразвитых и развивающихся стран. В условиях глобализации также имеет место неформальное хозяйствование, масштабы которого представляют внушительные цифры от объемов ВВП национальных экономик. Так, например, в высокоразвитых странах Европы и США удельный вес ВВП неформального сектора экономики в сравнении с аналогичным показателем национального хозяйства составил от 4 до 25 % в конце XX века, а в развивающихся странах данный индикатор варьировал от 25 до 60 % и в некоторых отдельных слаборазвитых государствах доходило до 95 %. В начале XXI века в Евросоюзе его удельный вес колебался от 7 до 16 %, а в общемировом масштабе удельный вес неформального производства оценивался в 5–10 % от ВВП. Для стран бывшего Советского Союза данный показатель варьируется в настоящее время от 25 до 55 %.

Неформальное хозяйствование представляет составную часть национальной, международной и мировой экономики и является противоположностью формальному сектору хозяйства. Легальный сектор экономики существует и функционирует в пределах формализации, институционализации хозяйственной деятельности субъектов, предопределяемые официальными органами государства или альянса государств, мирового сообщества.

В формализованной экономике все субъекты хозяйствования должны функционировать в рамках официальных законов, правовых актов, предписанных государством. Вся деятельность субъектов хозяйствования, выходящая за пределами правовых действий, не подлежащая учету, скрываемая от официальных органов, а также противозаконные латентные, антиобщественные хозяйственные действия представляют содержание неформального сектора экономики.

В экономической литературе отмечается, что «экономисты изучают неформальную экономику…, однако нельзя сказать, что они уже вполне разобрались в сущности этого феномена. Не стихают дискуссии даже по поводу его точного определения, не говоря уже об объяснении причин его возникновения, роли в хозяйственной жизни общества, выработки оптимальной линии государственной политики по отношению к нему, перспектив его дальнейшего развития». Здесь необходимо подчеркнуть о том, что нельзя выводить и рассматривать данное явление как обособленно существующее и выделять в качестве неформальной экономики. Данный феномен не существует без формального сектора экономики, и они взаимодействуют и функционируют в пределах всей национальной экономики или мирового хозяйства в зависимости от рассматриваемых масштабов. Поэтому правильно будет использовать термин «неформальный сектор экономики», а не отождествлять его с отдельно существующей, обособленной экономикой.

В научных источниках отмечается, что «отцом» нового научного направления по праву считается английский социолог Кейт Харт , «открывший» неформальную занятость во время полевых исследований конца 60‑х гг. в городских трущобах Аккры, столицы Ганы - одной из отсталых стран Африки. (Сам К.Харт считал своим предшественником в изучении неформальной экономической деятельности английского публициста середины XIX в. Г.Мейхью (H.Mayhew), исследователя «культуры бедности» в Лондоне.)».

К.Харт, обосновывая определение неформальности, подчеркивал, что «различие между формальными и неформальными возможностями дохода базируется на различии между работой за зарплату и самозанятостью». Исходя из противоположности «формального–неформального» и «законного–незаконного» внутри неформального сектора экономики, К.Харт определил следующие группы по доходам горожан :

Формальные доходы, трансфертные платежи;

Законные неформальные доходы и частные трансфертные платежи (подарки, займы, подаяния нищим);

Незаконные неформальные доходы и трансферты (кража, воровство, растрата и т.п.).

Открытие и обоснование К.Хартом неформального сектора экономики мгновенно распространилось. Он сделал попытку выявить условия и причины возникновения и существования неформального сектора экономики, при этом остановившись на частных факторах.

Неформальный сектор экономики возник с господством частной собственности и государства еще со времен рабовладельческой эпохи. Частная собственность обусловило появление государства, которое в свою очередь предопределило «правила игры» для обеспечения постоянного самовоспроизводства. Такие правила игры побуждали часть свободного население на их нарушение для обеспечения самоорганизации индивидуального воспроизводства. Государство рабовладельческого строя было не в состоянии под контролем держать все хозяйственные процессы, где уровень развития производительных сил явно не соответствовал масштабам общественного хозяйствования. Поэтому нами определяется объективным условием возникновения и функционирования неформального сектора экономики господство частной собственности и государства, и несоответствие уровня развития производительных сил масштабам общественного хозяйствования в данной экономической системе, что приводит к самоорганизации в процессе самовыживания и адаптации субъектов хозяйствования. Здесь оппоненты могут возразить по поводу частной собственности и отстаивать в качестве условия общенародную, общественную собственность, исходя из практики существования так называемого социализма в СССР, где неформальный сектор занимал определенную часть в экономике. По некоторым источникам в 1990 году удельный вес результатов неформального сектора составлял 40 % от ВВП . Это объясняется тем, что декларированная общественная собственность в форме государственной представляла в реалии номенклатурно-чиновничью частную собственность, которая якобы принадлежала всем или была ничейной, но в действительности ею владели, распоряжались и использовали чиновники и хозяйственники от государственной власти.

К объективным причинам можно отнести противоречия между государственным, общественным и индивидуальным воспроизводством, возникающим и развивающимся на основе «правил игры», созданных в интересах госаппарата подавления, служащим инструментом регулирования экономики и жизни населения. Здесь необходимо отметить, что более глубинной причиной и основой являются диалектика взаимообусловленности и взаимодействия формальной организации и самоорганизации общественного хозяйствования. При этом самоорганизации общественного хозяйствования представляется содержанием неформального сектора экономика, а формальная организация общественного хозяйствования – формального сектора, которые представляются составными частями содержания национальной экономики в масштабе государства, а также межрегиональных и мировых экономик. Пока существуют основные объективные условия и причины, неформальный сектор будет диалектически взаимосвязан с формальным и развиваться во взаимообусловленности в экономической системе.

Неформальный сектор экономики является родовым термином и подразделяется на виды. Одни авторы в качестве родового названия этому явлению предлагают термин «теневая экономика», исходя из основного признака, выражающий отношения экономических агентов к отчетности . Однако данный термин имеет два недостатка. Во-первых, часть понятия «теневая» заимствована из художественной литературы или бытовой лексики, что предполагает только негативные процессы. Однако неформальный сектор экономики имеет и прогрессивное значение в развитии экономической системы и общества. Во-вторых, теневая часть входит в содержание неформального сектора, поскольку целостность системы хозяйствования состоит из формально и неформально организованной экономики.

В другом источнике родовым понятием считают «ненаблюдаемую экономику». Авторы дают следующее определение данного понятия: «В совокупности виды деятельности, не отраженные в основных данных вследствие их принадлежности к одной или нескольким из указанных проблемных областей, по определению называются ненаблюдаемой экономикой» . Далее предлагается структура ненаблюдаемой экономики, которая состоит из теневого производства, незаконного производства, производства неформального сектора, производства домашнего хозяйства .

Понятия «ненаблюдаемая» и «теневая» по содержанию выражают скрытую, невидимую часть экономики, и в этом плане они представляются тождественными. Другой ошибкой является сужение содержания неформального сектора по сравнению с ненаблюдаемым и представления его в качестве структурного элемента. Ненаблюдаемый сектор является производным от неформального, поскольку от степени охвата и уровня формализации общественного хозяйствования будет зависеть пространство и объем неформальной экономической деятельности, что порождает ненаблюдаемые явления в хозяйстве.

В официальных источниках Системы национальных счетов (СНС), Международной организации труда (МОТ) в основном встречаются три вида: скрытая деятельность, неформальная деятельность и нелегальная деятельность. Здесь нужно отметить, что «помимо незаконного и скрытого производства СНС вводит понятие неформального производства. Неформальным считается производство в рамках неформального сектора или сектора «Домашние хозяйства». Определение термина «неформальный сектор» сформулировано МОТ и включает хозяйственные единицы, производящие товары и услуги преимущественно с целью обеспечения работой и доходом соответствующих лиц. Юридически оформленных трудовых отношений в этом случае, как правило, не существует, а трудовые отношения основаны на случайной занятости, родственных, личных и социальных связях. На практике значительная часть неформального производства осуществляется для собственного потребления, однако, некоторая часть выпуска может быть реализована на рынке». Далее предлагается неофициальная форма, которая характеризовала бы легальную деятельность, не учитывающая по разным причинам официальной статистикой. «К ней относят большую часть производства в домашних хозяйствах (ремонт домов и квартир собственными силами, бесплатные домашние услуги), самодеятельные детские группы, заработки студентов и т.д. При этом деятельность ряда мелких экономических агентов не учитывается из-за несовершенства статистического наблюдения».

Термины «неофициальная» и «нелегальная» являются тождественными, выражающие незаконность деятельности и поэтому придумывать дополнительные элементы, не свойственные истинному содержанию данных понятий, не имеет смысла. А неформальный сектор, являясь противоположностью формальному, в совокупности они представляют целостную экономическую систему, между которыми не должно быть по логике третьего в плоскости институциональной экономики.

Следовательно, неформальный сектор экономики, как родовое понятие, проявляется в ненаблюдаемой (скрытной, теневой), нелегальной (незаконной, неофициальной, криминальной) формах. Тем самым можно отметить, что неформальный сектор экономики состоит из ненаблюдаемого и нелегального секторов, которые представляют проявление самоорганизации общественного хозяйствования и результат взаимодействия с формализованной организацией.

Определение нелегального (незаконного) сектора основано на положениях, данных в параграфах 6.30-6.36 «Голубой книги» СНС, где отмечается два вида незаконной экономической деятельности:

Производство и права собственности на товары и услуги запрещены законом;

Экономическая деятельность, относящаяся к легальной, осуществляемая не уполномоченными, у которых нет на это права, приобретает незаконный характер.

Ненаблюдаемый (скрытный) сектор экономики определяется в СНС как экономическую деятельность вполне на законных основаниях, полноту проявления которой намеренно скрывают от официальных органов по следующим причинам:

Уход от уплаты налогов, взносов на социальное обеспечение;

Сокрытие нарушения официальных стандартов (норм минимальной заработной платы, максимальной длительности рабочего дня, безопасности, санитарных и т.п.).

Несоблюдение правовых норм, административных процедур (заполнение статистических форм отчетности и др.) .

Кроме ненаблюдаемого (скрытного) и нелегального (незаконного) секторов экономики СНС вводит понятие неформального производства, под которым понимается деятельность домашних хозяйств. Здесь нужно напомнить, что домашнее хозяйство находится вне поля официальных «прав игры» национального хозяйствования, поэтому относится к ненаблюдаемому сектору экономики.

Понимание неформального сектора как домашних хозяйств сужает его содержание. И поэтому появляются в специальных литературах противоречивые, далекие от истины предположения, которые можно увидеть в нижеследующих строках. «Производство продукции, осуществляемое некорпорированными предприятиями домашних хозяйств исключительно для собственного конечного использования, не является частью неформального сектора, и поэтому рассматривается в качестве самостоятельной проблемной области ННЭ (ненаблюдаемой экономики - курсив К.А.). В целях обеспечения полной согласованности данную проблемную область следовало бы назвать производством, которое осуществляется предприятиями, не относящимися ни к формальным, ни к неформальным единицам, и включает, тем самым, помимо тех предприятий, на которых производство осуществляется для собственного конечного использования, любые предприятия, остающиеся вне разделения на формальные/неформальные единицы» . В другом источнике пишут: «На практике значительная часть неформального производства осуществляется для собственного потребления, однако, некоторая часть выпуска может быть реализована на рынке. … В принципе СНС не рекомендует включать … услуги, произведенные домашними хозяйствами для собственного потребления…, в границы производства. Однако в определенных случаях, если такого рода деятельность оказывает значительное воздействие на экономическую ситуацию в стране, неформальное производство должно быть учтено».

Такая путаница исходит из того, что отсутствует понимание полноты и адекватности содержания, используемых терминов в структуре неформального сектора экономики, и взаимообусловленности формальной организации и самоорганизации общественного хозяйствования.

Определением функций неформального сектора экономики занимались многие исследователи: одни выявляли хорошие или плохие функции, без их взаимосвязи и системности; другие стремились использовать комплексный подход и определить реально существующие функции. К последним относятся ученые из Перу Э. де Сото, Швейции - Д.Кассель, России - Ю.В.Латов и др.

Э. де Сото считал, что неформальный сектор способствует установлению истинно демократического экономического порядка, организации своего бизнеса и хозяйства на принципах свободной конкуренции. Д.Кассель определил три основные функции - аллокативную (экономической смазки), стабилизирующую (экономического амортизатора) и истрибутивную (социального умиротворителя).

Критикуя вышеприведенного автора, Ю.В.Латов пишет: «Подход Д.Касселя ограничен, поскольку он рассматривает функции теневой экономики с точки зрения статической социально-экономической системы. В сущности все, им перечисленное, - это одна мегафункция институционального дублирования: теневая экономика помогает развиваться существующей социально-экономической системе именно с тем набором базовых институтов, которые уже есть. В рамках такого подхода легальные и теневые институты являются частичными субститутами друг друга . Но и в рамках этого подхода концепции Д.Касселя не хватает системности. По существу, он выделяет не три, а две функции - стимулирование роста, с одной стороны, обеспечение экономической и социальной стабильности, с другой. … Предлагаемый нами подход основан на рассмотрении общества как системы не статической, а динамической…

Выделенные нами три функции теневой экономики - инновационная, дублирующая и утилизационная - сами образуют определенную систему. … Когда происходит рождение нового общества, наиболее активно выполняются инновационная и утилизационная функция. Иначе говоря, теневая экономика генерирует и предлагает обществу для массового внедрения новые институты, одновременно вбирая в себя старые институты. Когда же общество прошло точку бифуркации и начинает развиваться по аттрактору, то инновационная и утилизационная функции отходят на задний план, более важной становится дублирующая функция. Поэтому, в частности, очень велики качественные различия между теневой экономикой современных постсоциалистических и развитых стран. Они связаны с тем, что хотя обе группы стран находятся в состоянии перехода, но постсоциалистические страны переживают двойной переход - не только от индустриального к постиндустриальному обществу, но и от командной экономики к рыночному хозяйству. … Все три выделенные нами функции необходимы для полноценного развития общества. Оно нуждается и в поиске новых «правил игры», и в укреплении существующего стабильного набора институтов, и в канализации архаичных норм. Наличие теневого сектора экономики делает развитие общества более устойчивым и безопасным».

Критика российского автора своего швейцарского коллеги представляется несколько некорректным, поскольку функции «стимулирования к росту» и «стабилизации социально-экономического развития» не являются ли взаимосвязанными и динамичными. Далее у российского автора функции выражают институциональный характер, тогда как швейцарский ученый определяет социально-экономические свойства.

Неформальный сектор хозяйствования имеет ряд функций, которые вытекают из требований объективных сущностных отношений, экономических законов: исходных и основных отношений собственности, конкуренции, отношений индивидуального воспроизводства, законов рыночной экономики, механизмов и институтов их реализаций, и, прежде всего, диалектического взаимодействия формальной организации и самоорганизации общественного хозяйствования.

К функциям неформального сектора или самоорганизации хозяйствования можно отнести следующие виды:

Производства товаров и услуг, перераспределения имущества и прав собственности для обеспечения индивидуального воспроизводства субъектов, обделенных и ограниченных в возможностях в формальном секторе экономики;

Повышения конкурентоспособности за счет снижения издержек и увеличения дохода вне официальных «правил игры»;

Увеличения предложения и спроса на товары и услуги, развития рынка;

Адаптации экономической деятельности к условиям, созданными «правилами игры» для формального сектора экономики и развития общества;

Способствования к снятию и усилению антагонизма в отношениях между государственным, общественным и индивидуальным воспроизводством.

Данные функции непосредственно вытекают из объективных социально-экономических условий, которые могут проявляться в различных вариациях в зависимости от уровня развития стран и институтов международных отношений.

Неформальный сектор экономики отличается от формального не только целью, задачами, функциями. Для подтверждения сказанного приведем данные сравнительных характеристик, систематизированных в таблице 3, которые часто встречаются в отчетах МОТ.

В современных условиях в зависимости от стран некоторые позиции в таблице 3 могут отличаться. Например, по 6 строке таблицы в официальном секторе экономики зарплата в большей степени занижена в Казахстане, Российской Федерации, странах СНГ, особенно в государственных структурах, и часто встречаются случаи, когда частные и иностранные фирмы идут на умышленное ограничение оплаты труда наемным работникам.

Учителя, преподаватели, врачи, госслужащие в Казахстане и России, странах СНГ получают неполную величину оплаты труда, которые в разы меньше, чем полагалось бы иметь по статусу, уровню образования и значимости их труда в инновационном развитии экономики и общества. Тогда как в неформальном секторе экономики имеется тенденция и получения относительно высоких доходов наемных работников, хотя и не исключается низкий уровень оплаты труда.

Глобализация предопределяет открытость национальных и интегрированных экономик, что способствует развитию противоречивых тенденций формализации экономических процессов, а также расширению неформального сектора в связи с увеличением масштабов хозяйственной деятельности в современных условиях. Открытость национальных экономик обусловливает вхождение иностранного капитала, усиление конкуренции во внутреннем рынке и впоследствии увеличение масштабов неформального сектора хозяйствования. Такая реакция представляется как адаптация к новым условиям международной конкуренции. Хуже будет для населения, если местные субъекты хозяйствования прекратят свою экономическую деятельность.

Таблица 3

Сравнительные характеристики субъектов формального и неформального секторов экономики

Нарушением «правил игры» в экономике занимаются как представители национальных субъектов хозяйствования, так и иностранные компании. Это предопределено основными условиями и причинами возникновения и существования неформального сектора, диалектически взаимообусловленным развитием формального сектора экономики. Глобализация способствует расширению масштабов общественного хозяйствования для национальной экономики, таким образом усиливая несоответствие между уровнем развития производительных сил и масштабами экономического развития. Вместе с тем, привнесение современной технологии, новых знаний, способов адаптаций к новым условиям развития в последующем будет воздействовать на повышение уровня развития производительных сил национальной экономики и сужение параметров функционирования неформального сектора экономики.

Глобализации характерна интенсивная миграция рабочей силы. Данный процесс способствует развитию самоорганизации и увеличению масштабов неформального сектора, так как иммигранты готовы работать за низкую заработную плату и без регистрации в официальных органах страны пребывания. Такая срытая деятельность дешевой рабочей силы иммигрантов, которой пользуются фирмы, получают сверхприбыли за счет снижения издержек. Это характерно и высокоразвитым, и особенно развивающимся странам. Имеются примеры криминального проявления, когда иммигранты и даже граждане страны становятся рабами в XXI веке. Такие факты имеются в Казахстане, России и других развивающихся государствах.

Открытость экономики способствовало отмыванию денег, развитию наркобизнеса, контрабанды, нелегального вывоза и ввоза сырья, товаров и рабочей силы. Эти процессы негативно влияют на состояние национальной экономики.

Несомненно, огромную роль играет государство в сокращении до минимума такого комплекса негатива. Однако в Казахстане, России и странах СНГ само государство нуждается в оздоровлении от коррупции, которая представляется крайней формой проявления бесконтрольности и абсолютизации власти государственных чиновников во вред обществу и национальной экономике.

Коррупция переводится от латинского языка как подкуп, продажность, взяточничество. Она служит механизмом «подмазки» для быстрого осуществления цели в условиях отсутствия контроля общества над государством. Так, например, чтобы преодолеть бюрократическую волокиту для регистрации фирмы в Перу понадобилось бы в 80-е годы прошлого века 289 дней и значительные финансовые расходы, которые не по карману основной массе населения , в Казахстане - 89 дней в начале XXI, тогда как в Латвии - 5, а во Франции - 24 часа. Учитывая специфические условия развивающихся стран, «в ФРГ, Франции и Англии взятки, вручаемые в другой стране, не только законны, но и вычитаются из облагаемых налогом сумм» . В США так же признают допустимость взяток только за границей. «Это - выплаты государственным чиновникам лишь для ускорения административных действий, которые не могут быть отменены по их усмотрению».

В научной работе Эрнандо де Сото, получившая мировое признание, можно найти доказательные материалы на основе обширного анализа развития Перу с 1920 по 1990 годы о несовершенстве государства и законов, обусловливающих обнищание масс и развитие неформального сектора экономики. «В странах, подобных Перу, проблемой является не черный рынок, а само государство. Внелегальная экономика есть стихийная и творческая реакция народа на неспособность государства удовлетворять основные потребности обнищавших масс. … Когда законность является привилегией тех, кто обладает политической и экономической властью, исключенные из этого числа бедняки не имеют другого выбора, кроме беззакония. Вот почему внелегальная экономика набирает силу».

«Главное открытие де Сото, - отмечает Ю.Латов, - принципиально новый подход к объяснению возникновения теневой экономики. Основной причиной разрастания городского неформального сектора он считает не отсталость, а бюрократическую заорганизованность, препятствующую свободному развитию конкурентных отношений. До его работ считалось, что легальный сектор является носителем современной экономической культуры, в то время как неформальный - уродливый пережиток традиционной экономики. Де Сото доказал, что на самом деле легальная экономика развивающихся стран опутана бюрократическими узами, в то время как именно теневики устанавливают истинно демократический экономический порядок, организуя свое частное хозяйство на принципах свободной конкуренции». Далее Ю.Латов приводит свой вывод по поводу идей вышеприведенного автора: «Де Сото активно выступает за четкое закрепление прав собственности и либерализацию контроля за бизнесом, считая эти меры главной предпосылкой успешного экономического развития. Когда президентом Перу был А.Фухимори, демонстрировавший стремление к либерально-демократическим реформам, де Сото как его главный экономический советник добился проведения ряда реформ, которые способствовали легализации теневиков. Коррупционное перерождение режима Фухимори и его крах показали, однако, что одними реформами прав собственности в развивающихся странах трудно добиться радикальных перемен».

Однако научные исследования и полученные результаты Эрнандо де Сото заставляют задуматься о бесперспективности развития стран, где господствует диктатура власти, ущемляющая права общества. Об этом он пишет следующее: «Судьба страны… трагична и абсурдна: трагична потому, что законная система, судя по всему, создана для обслуживания тех, кому живется и так неплохо, и угнетения остальных путем превращения их в постоянных изгоев общества. Абсурдна она потому, что система такого типа сама себя обрекает на слаборазвитость. Она никогда не будет прогрессировать, ее удел - медленно тонуть, захлебываясь в собственной неэффективности и коррупции». По данному поводу уместно будет привести слова из Корана: «Убойтесь же Бога… Не повинуйтесь требованиям неумеренных, которые распространяют на земле зло и не делают добра». В данной священной книге, как мы видим, дается совет и указание на права бороться и отстаивать справедливость для процветания добра.

Коррупцию нельзя свести до минимума или свести на нет только совершенствованием юридических законов. Здесь нужны комплексные подходы, позволяющие выявить систему причин и пути их преодоления.

Причинами существования и процветания коррупции являются экономические, социальные, правовые, культурологические и другие:

Несоответствие механизма использования механизму действия экономических законов;

Низкая мотивация труда госслужащих, наемных работников в материальных и нематериальных секторах национальной экономики, что служит условием процветания оппортунистического поведения;

Непропорциональное распределение доходов: разрыв в десятки раз доходов богатых семей от бедных слоев населения;

Отсутствие или недостаточность демократии в развитии государства и общества, где регулирование направленно на защиту преимущественно официальной власти, монополий, верхушки бизнес-элиты, куда входят ограниченный круг семей высокопоставленных госчиновников и их приближенных;

Противоречие содержания законодательной базы требованиям объективной действительности;

Низкий уровень экономических, правовых знаний населения, гражданской ответственности и самосознания;

Незащищенность личности и населения и т.д.

Несоблюдение требований объективных экономических законов приводит к абсолютизации субъективных решений государства, конечным результатом которого становится социально-экономические кризисы, диспропорции в экономике, банкротство многих малых и средних предприятий, увеличение неформального сектора экономики в сопровождении с коррупцией и комплексом проблем для страны.

Низкий уровень оплаты труда стимулирует госслужащих, наемных работников на восполнение собственного бюджета посредством нарушения закона, устава, регламентаций учреждений и организаций, что приводит к негативным последствиям. Если подсчитать результаты от оппортунистического поведения наемных работников по причине низкой заработной платы, то они намного превышают тех расходов, которые бы шли на полноценную оплату труда. Некомпетентность верхушки государственной власти и алчность бизнесменов служат субъективным фактором оппортунистического поведения наемных работников, снижения совокупного спроса населения, сокращения предложения товаров, бурного процветания коррупции, воровства на производстве, бандитизма и т.п.

Разрыв в 30 раз доходов богатых семей от бедных слоев населения в Казахстане и 20-40 раз в России в начале XXI века говорит о том, что возрастает социальное напряжение, которое может в перспективе привести к разрушительным потрясениям и анархии. В связи с этим необходимо сокращать данный разрыв до 10, а затем до 5 или 3 раз как в социально ориентированных государствах. Это можно сделать через налоговую систему, распределение большей части акций монополий, крупных предприятий населению, развитие фондового рынка и другие финансовые инструменты.

Отсутствие или недостаточность демократии приводит к абсолютизации государственной власти, вседозволенности. Следствием чего являются убийство журналистов за правдивое освещение событий в стране; рейдерство высокопоставленных чиновников, их родственников и приближенных, когда они отнимают чужой бизнес, покушаясь на жизнь людей; покрывание и оправдание противозаконных деяний полицейских, судебных и прокурорских структур, администрации высшего и среднего звена государственной власти. Это создает условия развития и расширения неформального сектора экономики, тотальной коррупции. Чтобы изменить ситуацию, необходимо соблюдать демократические принципы в обществе и государстве, развивать самоуправление, расширять полномочия общественных организаций, парламента страны, средств массовой информации, гармонизировать соотношение формальной организации и самоорганизации общественного хозяйствования.

Противоречие содержания юридических законов требованиям объективной действительности обусловливает трактовку документа в пользу государственного чиновника, который имеет повод для вымогательства. Большинство законов не имеют механизма реализации, что требует множество подзаконных актов. И обычно они противоречат основному содержанию законов. Причину оторванности содержания юридических законов от реалии жизни четко отметил Эрнандо де Сото: «…Только мизерное число наших законов не более 1 % издается тем органом, который специально для этого предназначен парламентом. Остальные 99 % плод деятельности исполнителей. Законы идут из правительственных канцелярий, где их изобретают, проталкивают и публикуют без помех, без дебатов, без критики и часто даже без малейшего представления о тех, кого они будут касаться. Законопроекты, выносимые на рассмотрение парламента, … пекут на бюрократических кухнях (или в частных апартаментах некоторых юристов) в соответствии с указаниями перераспределительных синдикатов, интересы которых и обслуживаются».

Поэтому при написании и принятия законов необходимо открытое обсуждение с участием всех заинтересованных сторон, где содержание документа выражала интересы большинства и требования объективной действительности в пользу прогресса экономики и её социальной ориентации. Далее нужно ликвидировать подзаконные акты или сократить до минимума, поскольку «… налоги не главная проблема, - подчеркивал Эрнандо де Сото, - и что не налоговая политика определяет выбор действовать в рамках закона или внелегально. Сердцевину проблемы составляют иные требуемые законом расходы. Деловые люди должны подчиняться массе правил, начиная от заполнения бесконечного числа документов в правительственных учреждениях и кончая жестким администрированием своего персонала. Похоже, что именно это оказывает решающее влияние на выбор между ведением дел в рамках закона или внелегально».

Важную и не последнюю роль играет уровень экономических, правовых знаний, гражданская ответственность и развитие самосознания и мышления в минимизации коррупционных деяний, а активная позиция в массовом масштабе будет действенным фактором развития демократии в обществе, сокращения неформального сектора экономики.

Незащищенность личности и населения от непрофессионализма специалистов, посягательств мошенников, бандитов, произвола государственных чиновников может привести к молчаливому противостоянию, а впоследствии массовым протестам и стихийным бунтам, которые становятся крайними формами проявления самоорганизации общественной жизни. Поэтому необходимо создавать условия для обеспечения непосредственной связи граждан с местной и верховной властью, общественностью, профсоюзами и партиями в решении возникающих проблем. Волокита и бюрократизм - главная фактор недовольства населения. Обнаружение этих фактов должно служить сигналом для определения некомпетентности и увольнение таких госчиновников и специалистов с занимаемой должности без права работы в данных сферах.

Для минимизации неформального сектора экономики необходимо знать методы определения параметров её функционирования на макроуровне. На практике используется индикатор, показывающий долю неформального сектора экономики в ВВП или ВНП. Если уровень данного показателя снижается, то наблюдается процесс сокращения параметров деятельности неформального сектора экономики. Доля неформального сектора экономики в ВВП определяется различными методами: социологическими, нормативно-расчетными, балансовыми, сопоставительными, монетарными и другими.

Необходимо использовать методы определения объективно предельных величин выпуска национальной экономики и сопоставить его с фактической величиной. Это позволит определить долю фактического предложения в пределах объективной величины совокупного спроса, а также неудовлетворенный спрос. Разница между объективной величиной неудовлетворенного совокупного спроса и зафиксированным формальным неудовлетворенным спросом на уровне межотраслевых отношений позволяет определить долю неформального сектора экономики. Таким способом определение параметров функционирования неформального сектора экономики позволит выявить пути минимизации данного сектора и оптимизации соотношения формального и неформального секторов национального хозяйства в современных условиях глобализации.

Таким образом, неформальный и формальный сектора экономики, как проявление формальной организации и самоорганизации общественного хозяйствования, являются диалектически взаимосвязанными сторонами целостной системы в условиях господства частной собственности и государства. При этом содержание неформального сектора экономики будут выражать отношения, вытекающие из требований сущностных отношений собственности, конкуренции для обеспечения реализации противоречий между государством, обществом и индивидуальным воспроизводством в условиях несоответствия уровня развития производительных сил масштабам общественного хозяйствования, где деятельность субъектов не подлежат учету, скрываемые от официальной власти, выходят за пределы правовых регламентаций, норм, становятся противозаконными и ненаблюдаемыми.

Понятия и термины

Неформальный сектор экономики; ненаблюдаемый сектор экономики; нелегальный сектор экономики; скрытной, теневой сектор экономики; незаконный, неофициальный сектор экономики; криминальный сектор экономики;коррупция; диктатура власти; демократические принципы; рейдерство; механизм “подмазки”; формальная организация; самоорганизация.

Рассматриваемые вопросы

1. Сущность неформального сектора экономики.

2. Функции неформального сектора экономики.

3. Виды неформального сектора экономики.

4. Неформальный сектор экономики в условиях глобализации.

5. Причины и условия функционирования неформального сектора экономики в развивающихся странах.

6. Пути минимизации неформального сектора экономики в современных условиях.

Вопросы к семинарским занятиям

1. Причины и условия возникновения неформального сектора экономики.

2. Роль неформального сектора экономики в развитии национального хозяйства.

3. Особенности развития нелегального сектора экономики в современных условиях глобализации.

4. Методы определения параметров функционирования нелегального сектора экономики.

Упражнения

Ответьте на поставленные вопросы и определите вид проблемы (научная или учебная), обоснуйте свою точку зрения, выявите систему проблем по теме.

1. В чем различие проявления и содержания формального и неформального секторов экономики?

2. Какова структура неформального сектора в национальной экономике?

3. В чем различие проявления и содержания неформальных секторов экономики в развивающих и развитых странах?

4. Какие причины препятствуют минимизации неформального сектора в национальной экономике?

Темы для рефератов

1. Диалектика взаимосвязи неформального и формального секторов экономики.

2. Неформальный сектор экономики в снижении бюджета государства.

3. Неформальный сектор экономики в развивающихся странах.

4. Неформальный сектор экономики в постиндустриальных странах.

Литература

2. Lacko M. Rejtett gazdasag nemzetkozi osszehasonlitasban // Kozgazda-sagi Szemle. – 1995. – XLII evf.

3. Неформальный сектор в странах Латинской Америки. Масштабы и структура, тенденции и факторы развития, роль в национальной экономике. – М., 1992.

4. Архипова В.В. Теневая экономика и пути ее ограничения в России и мировой экономике//Проблемы современной экономики. № 2. - СПб, 2007

5. Теневая экономика: экономический и социальный аспекты: Проблемно -тематический сборник. - М., 1999.

6. Hart K. Informal urban income opportunities and urban employment in Ghana // Journal of Modern African Studies. – 1973. – Vol. 11. – № 1. – P. 61 – 90.

7. Кунаев Э.Н. и др. Теневая экономка/Учеб. пос.- Караганда, 2002.

8. Неформальный сектор в российской экономике/Ин-т стратег. анализа и развития предпринимательства. Рук. проекта – Долгопятова Т.Г.- М, 2003.

9. Методологические положения по статистике. 2-е изд., доп./Под ред. К. Абдиева. - Алматы, 2005.

10. Колесников С. Теневая экономика: как ее считать/02.04.2003,- interned.ru

11. www_stat_kg Hidden.htm

12. Научные подходы к оценке масштабов теневой экономики/Банковское дело. Ежемесячный журнал для специалистов банковского дела. №5, май. М. -2005, index_php.htm

13. де Сото Э. Иной путь. Невидимая революция в третьем мире. - М., 1989, 1995(http://www.libertarium.ru /libertarium/way?PRINT_VIEW=1&NO_COMMENTS=1).

14. Cassel D. Funktionen der Schattenwirtschaft im Koordinationsmechanismus von Markt und Planwirtschaften // ORDO. Jahrbuch fur die Ordnung von Wirtschaft und Gesellschaft. Bd. 37. S. 73-103. - 1986.

15. Идея субституциональности официальных и теневых институтов четко звучит также у С. Генри: Henry S. Can the Hidden Economy Be Revolutionary? Toward a Dialectical Analysis of the Relations between Formal and Informal Economies // Social Justice. Vol. 15. № 3-4. Р. 29-54. W.-1988.

16. Латов Ю.В. Роль теневой экономики в социально-экономической истории/Историко – экономические исследования./Журнал. №3. – 2006.

17. Fidler P., Webster L. The Informal Sectors of West Africa/The Informal Sector and Microfinance Institutions in West Africa. Ed. by L. Webster, P. Filder. – Washington, 1996. – Р. 5 – 20.

18. Краткий словарь иностранных слов. - М, 1975.

19. Эрнандо де Сото. Иной путь: Невидимая революция в третьем мире/ Пер. с англ. Б. Пинскер. - М.,1995.

20. Мескон М.Х., Альберт М., Хедоури Ф. Основы менеджмента/Пер. с англ. – М., 1992.

21. San Francisco Chronicle, August 28, pp. 1,14. – 1982.

22. Латов Ю. (http://www.strana-oz.ru/?numid=21&article=995). - М., 2008.

23. Коран/Пер. с араб. яз. Г.С. Саблукова.– Казань, 1907.

24. Методологические положения по статистике. 2-е изд., доп./Под общ. ред. К. Абдиева. – Алматы, 2005.

Предыдущая

Е. А. Бренделева , кандидат экономических наук, старший преподаватель кафедры экономической теории Московского государственного института международных отношений МГИМО (У) МИД России

В настоящее время проблемы теневой и неформальной экономики занимают большое место в экономической литературе. Для развивающихся и переходных стран, в том числе и России, данная проблема в определенном смысле является центральной, поскольку невозможно понять институциональные закономерности дальнейшего развития экономических процессов без детального анализа основных причин этого еще недостаточно изученного явления. В большей степени такой оценки заслуживает неформальный сектор, о котором заговорили лишь в последние несколько лет.

Теодор Шанин, известный британский социолог, ректор Московской высшей школы экономических и социальных наук, рассматривая экономическую сторону жизни в современной России, задается вопросом: почему в условиях, когда стоят заводы, зарплаты не выплачиваются, производство падает, эффективных институтов социальной защиты не существует, а доходы от экспорта оседают за рубежом, почти все функционирует – учителя учат, медики лечат, вода, газ, электричество подаются в дома, магазины продолжают бойкую торговлю ? Секрет живучести россиян, по его мнению, состоит в том, что помимо официально функционирующей экономики, отношения в которой подчиняются действующей системе формальных правил и институтов, существует другая, невидимая, однако ощущаемая всеми неформальная экономика со своими неписаными правилами и институтами. Не принимать ее в расчет – значит игнорировать поведенческие мотивации огромного большинства людей, их влияние на ход развития экономических систем различных стран.

Прежде чем перейти к исследованию неформального сектора, следует остановиться на различном содержании теневой и неформальной экономики. Часто в средствах массовой информации такие термины, как «теневая», «неформальная», «подпольная», «серая», «черная» экономика, употребляются как синонимы. Множественность определений, используемых при описании вышеуказанных типов экономики, вызвана отсутствием единой методологии для изучения поставленной проблемы.

«Теневая экономика» – это, прежде всего, экономическое явление, поскольку поведение участников данного сектора объясняется мотивом рациональности и экономической выгодой. Функционирующие здесь экономические субъекты описываются типичной моделью homo economicus . Что касается видов деятельности, которые относятся к теневому сектору, то автор предлагает следующую классификацию:

Официальная экономика – это вся экономическая деятельность, отраженная в статистической отчетности.

Скрытая экономика – экономическая деятельность, не показанная в статистической отчетности, фиктивная – реально не существующая деятельность, однако отраженная в статистической отчетности с целью уменьшения налогообложения, получения льгот и т. д.

К понятию теневой экономики автор относит виды деятельности, связанные с нарушением закона. Так, «серые рынки» объединяют нарушения в сфере налогообложения (сокрытие доходов, работа без лицензии и т. д.), «черные рынки» включают криминальную деятельность, запрещенную законом (наркобизнес, торговля оружием, коррупция и т. д.).

Термины «белая», «серая», «коричневая», «черная», а также «легальная», «внелегальная», «криминальная» экономика употребляются автором для характеристики отдельных видов деятельности в рамках теневой экономики, различающихся по степени их законности (легальности).

«Неформальная экономика» это явление больше социальное, чем экономическое, основной поведенческой мотивацией здесь является особая стратегия выживания . Неформальной экономике соответствует особая модель человека «человек приспосабливающийся» («homo adaptans») .

Для этой модели характерна несколько иная мотивация деятельности по сравнению с моделью «рационального максимизатора»: ориентировка не на максимальную прибыль, а на прожиточный минимум; высокая степень приспособления к новым условиям (несколько видов заработков, быстрая смена места работы); невысокие требования к условиям проживания, питания, так называемому быту. Значительную роль в обеспечении условий существования играют члены семьи, родственники, соседи, в отношениях между которыми преобладают альтруистические черты (что совсем не свойственно «homo economicus») – помощь без расчета на то, что она будет оплачена, и т. д.

В неформальной экономике, как и в теневой, участники балансируют на грани закона, постоянно рискуя нарушить его.

Синонимами «неформальной экономики» выступают «экономика выживания» (Т. Шанин), «экономика нищеты» (О. Левис), «моральная экономика» (Дж. Скотт) . Неформальную экономику называют также «эксполярной» , то есть выходящей за рамки существующей системы восприятия и экономического анализа. Она находится как бы в третьем измерении, ее существование сказывается на экономической деятельности общества, но не вписывается в рамки общепринятых систем исследования, то есть так называемого «формационного подхода» или альтернативы «рыночное–традиционное» общество.

Структура неформальной экономики представляется автору следующей (рис. 3.).

Стратегия выживания семьи предполагает налаживание своего производства в рамках данной семьи или нескольких семей с последующим обменом результатами своего труда. Среди основных видов работ можно выделить такие, как ремонт квартиры, пошив одежды, выращивание сельскохозяйственной продукции и т. д. В рамках данной стратегии формируются особые виды институтов, например, институт перераспределения продуктов питания, денежных средств от более богатых родственников к более бедным; производство сельскохозяйственной продукции родственниками в деревне и помощь тем, кто живет в городе, и т. д.

Большую роль в данной стратегии играет связь членов семьи с государственными структурами. Благодаря отдельным родственникам, знакомым появляется возможность приобретения товаров и услуг бесплатно или по низким ценам; осуществляется производство необходимой для дома продукции на заводском оборудовании; становится возможным получение ряда льгот, благ и т. д.

Сокращение легального сектора экономики в период реформ привело к переливу основной массы потерявших работу в теневой и неформальный сектор. Исходя из вышеизложенного, можно сделать вывод о прямо пропорциональной зависимости между уровнем безработицы и ростом теневой и неформальной экономики . Причем особую роль в данном процессе играют женщины. Так, в России с 1990 по 1998 г. общая численность занятых снизилась на 11,68 млн. чел., из них женщин. 7,85 млн. чел., мужчин 3,83 млн. чел. Таким образом, и в неформальной экономике большую часть составляют женщины.

Стратегия выживания этнических меньшинств состоит в обязательной поддержке и помощи своим землякам (в соответствии с установленными в отдельных национальных группах традициями и обычаями). В переходный период стратегия выживания национальных меньшинств, в частности в крупных городах, заключается в налаживании собственного бизнеса, как правило, торговли на рынках, защите от криминальных группировок, местных властей, милиции, помощи вновь приехавшим землякам, их трудоустройстве и т. д.

Для неформального сектора переходной экономики характерно появление новой категории населения со своей стратегией выживания . Речь идет о нищих, бомжах, бродягах и других, жизнь которых укладывается в рамки неформального кодекса поведения, соблюдаемого членами данной группы. В своей классификации Т. Шанин исключает данную категорию из исследования в рамках неформальной экономики. Однако, по мнению автора статьи, данный тип отношений, который полностью отсутствует в командной системе, появляется в переходный период по тем же причинам, что и другие перечисленные выше стратегии выживания.

В заключение следует отметить, что роль неформального сектора в переходной экономике значительно возрастает. В условиях развала хозяйственной системы, отсутствия эффективной государственной социальной защиты, роста безработицы и постоянного ухудшения положения населения неформальная экономика становится неизбежной реальностью, необходимым условием сохранения нации . Нарушение закона (нелегальная часть деятельности) происходит в целях выживания, только в тех случаях, когда у субъектов неформальной экономики нет иного выхода, например, невозможно платить налоги, когда их сумма превышает полученный доход; воровство на предприятиях для того, чтобы прокормить свою семью; сокрытие родственников или знакомых, приехавших в Россию из бывшей союзной республики и живущих без прописки, или дача взятки для получения регистрации и т. д.

Автор считает представленную классификацию видов неформальной экономики незаконченной, поскольку ее анализ представляется сложным, прежде всего, из-за отсутствия статистической информации о масштабах данного сектора (например, количестве занятых в нем). Данные могут быть, в частности, получены выборочно в результате опросов населения в отдельных городах или населенных пунктах. Тем не менее вышеописанное явление заслуживает пристального внимания экономистов и социологов, так как охватывает значительную часть населения России, а также других стран мира.

1. Как следует из представленного в этой статье анализа – это разные экономические явления.

2. Шанин Т. Эксполярные структуры и неформальная экономика современной России. В сб. Неформальная экономика. М.: Логос, 1999. С.11–12.

3. «Человека экономического» можно охарактеризовать как рационально мыслящего эгоиста, стремящегося максимизировать свою прибыль и минимизировать затраты в условиях свободного выбора и способов достижения поставленных целей.

4. Степень законности автор определяет в следующих рамках: от административной до уголовно наказуемой. При этом в границах административных правонарушений и уголовных наказаний их строгость можно выстроить по нарастающей: от уплаты минимального штрафа до «высшей меры».

5. Шанин Т. Эксполярные структуры и неформальная экономика современной России.//«Эксперт» 2000. № 1–2; Lewis O. Life in a Mexican Villages. Chicago, 1951. Scott J. C. Moral Economy of the Peasant. London, 1976.

6. Российский статистический ежегодник. М.: Госкомстат России, 1999. С. 116–117.

Светлана Барсукова,
профессор Высшей школы экономики, Москва

Неформальная экономика объединяет виды экономической деятельности, которые не учитываются статистикой, не попадают под налогообложение и не фиксируются юридическими контрактами. То есть это экономика, не регулируемая непосредственно государственными правилами и законами.

Универсальное явление

Само понятие «неформальная экономика» родилось в 1970-е годы, когда внимание исследователей привлекли страны «третьего мира». Ученые с удивлением обнаружили, что экономика может быть устроена совсем не так, как это принято в так называемом цивилизованном мире. Люди могут не платить налогов, но и не ждать пенсий от государства, обходиться без юридических контрактов и арбитражей, но при этом иметь множество деловых обязательств и даже вести бизнес без банковских кредитов, создав альтернативные схемы займа. Про размеры такой экономики, равно как и про ее социальную организацию, ничего не было известно. Но было очевидно, что отсутствие законов и контрактов не означает хаоса, что эта экономика имеет иные механизмы регулирования и принуждения к исполнению обязательств.

Когда национальную экономику пытались анализировать по западным стандартам, получалось, что фиксируемая статистикой экономика чудовищно мала, а почти все население – безработные. Соответственно, нет поступлений в бюджет, то есть это абсолютно нищие страны. Воображение рисовало умирающих от голода людей. Однако непосредственное посещение подобных стран показывало, что ужасная картинка не соответствует действительности.

Первым, кто об этом написал, дав феномену название, был английский социолог Кейт Харт, исследовавший в начале 1970-х экономику Ганы и Кении. Дальнейшее развитие этой темы привело к усложнению понятия. Изначально неформальную экономику связывали исключительно с особенностями стран «третьего мира», с их неразвитостью. Дескать, по мере развития у них это пройдет. Но в 1980-е годы начинается бум исследований неформальной экономики в западных странах и в странах социалистического лагеря.

Оказалось, что неформальная экономика – универсальное явление, различающееся по странам отнюдь не только масштабом, но формой, причинностью, социальным составом вовлеченных. Экономика, построенная на контрактном праве, на уважении или как минимум подчинении закону, была моделью, хорошо прописанной западными учеными. Иная же экономическая и социальная реальность не имела языка для своего выражения – только через сравнение, подчеркивающее различие. Так получилась «не - формальная экономика». То есть вроде экономика, но какая-то не такая, не регулируемая формальными правилами.

Желание избежать определения «от противного» породило кучу лингвистических фантазий. Неформальную экономику (или одну из ее ипостасей) как только не называли – параллельной, подпольной, второй, скрываемой, серой, нерегулярной, неизмеримой, нерегистрируемой, неофициальной и т. д. и т. п.

Экономика дара и экономика криминала

Итак, неформальная экономика не регулируется законом. Но тут возможны варианты. Это может быть деятельность, которая противоречит закону, то есть протекает вопреки ему. В этом ряду стоят теневая и криминальная экономики. Разница между ними вполне понятная: теневик производит то, что государство разрешает, но в процессе производства нарушает закон. Скажем, шьет шапки, не зарегистрировав фирму, скрывая оборот, уходя от налогов, не оформляя трудовой контракт с рабочими. Криминальный бизнес – это производство запрещенных государством товаров и услуг. Скажем, проституция, порнография, изготовление оружия и наркотиков.

Теневиков пытаются легализовать, а криминальный бизнес – уничтожить. Ну, хотя бы в теории. Грань между теневой и криминальной экономиками идет по линии законодательства. Например, если в России легализуют проституцию, то все сутенеры разделятся на две категории – нормальных бизнесменов и теневиков, ловчащих с налогами. Пока же это криминальная экономика.

Но есть деятельность, которая не регулируется законом, но ничего не нарушает, потому что закон не вторгается в это поле. Речь идет о домашней и реципрокной (обмен дарами) экономиках. Про эти ипостаси неформальной экономики мало говорят. Всех интересует одно – сколько же у нас в «тени»? За этим стоит вполне понятное чаяние – если «тень» легализовать, то, может, в бюджете и на пенсии хватит? Между тем теневая экономика только часть неформальной.

Например, летом люди варят варенье, консервируют огурцы, колдуют над грядками и т. п. А вдобавок в любое время года моют, стирают, гладят, готовят, шьют, то есть производят разнообразный ассортимент благ и услуг.
Эта огромная экономика называется домашней, нацеленной исключительно на внутреннее потребление домочадцев. Мысленно заблокируйте ее – и все рухнет. Ни общепит, ни прачечные, ни сервисные службы не в силах принять такую нагрузку, не говоря уже о бюджетных ограничениях населения.

Экономика вполне реальная, а налоги и приказы по отношению к ней очевидно абсурдны. Там сложные нормы поведения, границы дозволенного, масштабы и технологии, определяемые культурой, достатком, происхождением членов семей. Но никаких контрактов и форм отчетности по этому поводу!

Пойдем дальше. Сваренное бабушкой варенье перекочует в семьи внуков, сосед починит розетку, друзья одолжат до получки – это так называемая экономика дара или реципрокная экономика, когда блага или услуги переходят из рук в руки, минуя торговлю, исключительно в статусе дара. В противном случае надо было бы приглашать электрика, обращаться за кредитом в банк, бежать за вареньем в магазин.

Обороты этого сегмента неформальной экономики практически не изучены. А между тем искреннее недоумение западных страховых компаний по поводу нежелания россиян страховать жизнь и здоровье снимаются именно этим обстоятельством. Люди предпочитают страховаться, вкладываясь в социальные сети, в круг друзей и родственников и надеясь на их помощь в кризисной ситуации, вместо того чтобы делать взносы в формальную организацию. Такое неформальное страхование.

Неизмеримая экономика

Методов оценки теневой экономики великое множество. Особенно продвинулись в количественных методах оценки американские ученые, развивая преимущественно так называемые монетарные методы на основе анализа денежной массы. Есть попытки уловить теневую экономику через несоответствие макроэкономических показателей. Например, сравнивают данные производства продукции и потребления электроэнергии. Если нормативы не совпадают, то необъяснимое потребление электричества списывают на теневую экономику. Или можно смотреть на превышение расходов населения над его официальными доходами и так судить о размере теневой экономики.

Очевидно, что все методы оценки неформальной экономики будут давать разные количественные оценки, поскольку строятся на разных предположениях и допущениях. Из чего следуют три вывода. Во-первых, нет абсолютно надежного метода, иначе бы их не изобретали в таком количестве. Во-вторых, в зависимости от выбранного метода для любой страны можно получить как удручающую, так и лучезарную картинку. В-третьих, нужно быть предельно осторожными, сравнивая страны между собой. Зачастую сопоставляют оценки, полученные в разных странах разными методами, что некорректно, поскольку эти методы «ловят» разные грани теневой экономики.

Любая оценка теневой экономики не истина в последней инстанции, а результат расчетов, допустимых и оправданных в жестко заданной системе предположений и допущений. Неслучайно теневую экономику называют неизмеримой.

Что касается России, то часто фигурирует цифра 20%. Так это или нет, но, конечно, хотелось бы уменьшить этот показатель. Вопрос в том как. Можно созданием привлекательных условий для легального бизнеса убедить бизнес «выйти из тени». А можно пытаться сжать «тень» репрессиями, повысив цену нарушения закона. Что мы и наблюдаем сегодня. В результате имеем рост конспиративности и изобретательности теневых агентов, бегство капитала.

Предпринимательство по-советски

Неформальная экономика не регулируется государственными правилами и законами. Но откуда эти правила и законы вообще берутся? Либо из обычной жизненной практики, либо по воле правителей. Можно облекать в букву закона те правила, которые сами люди создали по мере решения типичных хозяйственных коллизий, то есть идти от «обычного права». А можно буквой закона ломать сложившийся хозяйственный порядок, пытаться направить жизнь по новому экономическому руслу. Западный мир преимущественно шел по первому пути, Россия – по второму, что естественно для страны, многократно решавшей задачу догоняющей модернизации.

Вспомним ситуацию 1990-х годов. Это были «законы на вырост». Они не могли выполняться, поскольку апеллировали к реальности, которой просто не существовало. Их нарушение было единственно возможной формой их выполнения. Равно как и законы социалистического периода, в нарушении которых был залог гибкости системы и, следовательно, жизнеспособности.

Если в рыночной экономике состязательность потребления подразумевает соревновательность трудовых усилий при свободном доступе к разнообразным ресурсам, то в советской экономике весь люфт гибкости состоял в использовании распределенных центром ресурсов нецелевым образом. Нецелевое использование ресурсов (включая их хищение) – это и было «предпринимательство по-советски», или, более привычно, теневая экономика СССР.

Эти устремления могли гаситься только репрессиями. Страшными и масштабными. Поэтому при Сталине теневой экономики как массового явления, с широким вовлечением народных масс, не было. После его смерти машина пошла вразнос. Каждый пытался извлечь пользу из доступных ему ресурсов. Исключение составляли «передовики производства», демонстрировавшие реальные возможности ресурсной базы, за что их, мягко говоря, не любили товарищи. Фактически передовики производства ничем не отличались от остальных трудящихся: все пытались найти предельную полезность ресурсов, спускаемых сверху. Только одни результат творческих усилий сдавали государству, а другие оставляли себе.

«Использование рабочего времени в личных целях» – самый доступный вариант хищений по-советски, поскольку рабочее время являлось единственным ресурсом, который государство предоставляло всем. Остальные ресурсы были дифференцированы, что определяло различие алгоритмов и размеров их конвертации в так называемые нетрудовые доходы. И потенциал такой конвертации был ничуть не менее важным критерием оценки работы, чем связанные с ней трудовые доходы.

Уже при Хрущеве народ стал жить под лозунгом «Всех не переловишь!», оттачивая мастерство жизни в двух параллельных экономических мирах – официальной и теневой экономиках. Впрочем, миры эти пересекались. И главным пунктом пересечения была единая ресурсная база, доступ к которой был лимитирован должностью человека.

В теневой экономике советского периода четко выделялось два сегмента – стихийная теневая деятельность отдельных граждан (несуны, спекулянты, фарцовщики и т. д.) и организованная масштабная деятельность цеховиков (подпольных артелей по производству дефицитных товаров). Первые были дистанцированы от власти в том смысле, что власть не была «в доле». Поэтому несунов и спекулянтов ловили, обличали, исключали, прорабатывали, то есть разнообразно порицали.

Цеховики же были тесно связаны с властью, получая ресурсы и каналы сбыта. Поэтому их ловили только в рамках кампаний, когда зачищали пласт руководящей номенклатуры под новых претендентов. Правда иногда в ходе разбирательств следы тянулись в кабинеты, покой которых нарушать было нельзя. Страховались от таких неожиданностей закрытым слушаньем дел, и тогда рука Фемиды карала ровно по указанный уровень. Сбои случались только на закате социализма, когда широкой общественности становились известны дела самого высокого уровня.

Только наивные романтики могли видеть в цеховиках рыночных буревестников, экономических бунтарей, воюющих с системой. На деле они были связаны с системой принципами ресурсной организации. Не говоря уже о том, что гарантированный сбыт их продукции обеспечивался товарным дефицитом, порождаемым централизованным планированием. Будучи порождением советского порядка, цеховики тем не менее приблизили его конец. Офицер стал жить хуже «торгаша» в силу того, что первоначальное распределение ресурсов между ними (так называемые трудовые доходы) корректировалось теневыми процессами. Это окончательно разрушило веру людей в социальную справедливость, понимаемую при социализме как распределение благ сообразно важности служения державе.

Все в тень

Долгое время в нашей науке причины ухода бизнеса в тень пытались понять исключительно по схеме перуанского экономиста Эрнандо де Сото. Она проста: есть «цена подчинения» закону и «цена избегания» закона. Мечта любого нелегала – легализоваться, и он немедленно это сделает, как только подчиняться закону будет дешевле, чем избегать его. Цена избегания – это не только штрафы, взятки, но и масса упущенных возможностей развития бизнеса в нелегальном статусе. Но эта схема, в принципе правильная, не совсем применима к России.

В 1990-е годы, с появлением первых легальных предпринимателей, население стало ненавидеть чужое богатство больше, чем собственную бедность. Параллельно протекали три процесса. Первый – масса людей искала новое место под социальным солнцем, ничего не умея и не желая, кроме как «оберегать государство». Второй – социальный заказ на «твердую руку». И третий – набирающее обороты предпринимательство, создающее новые ресурсы. Достаточно быстро, к началу 2000-х годов, эти процессы сошлись в одной точке и привели к тому, что армия готовых к «распилу» представителей власти получила политическую поддержку и новые, созданные предпринимателями, ресурсные возможности. Было что и под какими знаменами «распиливать».

Предприниматели очень быстро почувствовали это на себе. Рыночная бравада независимых предпринимателей пошла на убыль. Без тесной связи с представителями государства в их невообразимом разнообразии становилось все труднее продолжать бизнес. Пожарные, санитарные врачи, налоговики, таможенники, прокуроры, разномастные инспекторы и другие блюстители государственных интересов наступали единым фронтом. Воевать было глупо ввиду превосходящих сил противника, а дружить означало признать право служивых получать свою «долю». Фактически это был второй налог, который собирался не в бюджет государства, а в неформальную кассу ведомства, лимитирующего на правах распорядителя государственных ресурсов возможности бизнеса. Особым ресурсом было право на насилие, чуть было не отобранное у государства рэкетом в начале 1990-х годов. Победа над альтернативным агентом насилия резко повысила ставки поборов со стороны государственных силовых структур.

Признание неформальных правил игры могло проходить как в форме подарков, взяток, откатов, так и в виде лояльности идее «социальной ответственности» бизнеса. Последнее означало «спонсорские» взносы бизнеса в бюджеты властных и правоохранительных органов, а также посильное участие в строительстве спортивных объектов, реставрацию храмов и иные финансовые вложения в дружбу с властью. Оправдывая себя тем, что таким отступным нет альтернатив, многие предприниматели расслабились и начали получать удовольствие, сообразив, что сотрудничество с властью – это особый бизнес. Стали конкурировать не за потребителей на рынке товаров и услуг, а за право войти в сети «распила» ресурсов, курируемых госорганами.

Но забавная мутация произошла и с представителями государства. В них вдруг проснулся предпринимательский азарт и таланты собственника, творчески изыскивающего способы обогащения. Но исключительно по отношению к бюджетным ресурсам, спускаемым сверху. По отношению же к ресурсам, находящимся в ведении других служб или предпринимателей, отчетливо проснулась озабоченность государственно мыслящего чиновника, пекущегося о наилучшем способе распоряжения этими средствами. Разумеется, лучший способ – взять эти ресурсы под свою опеку.

Собственник по отношению к казенному и активный рейдер по отношению к чужому – вот портрет современного представителя государства. Вопросов, как забрать бизнес у предпринимателей, больше нет. Есть наработанные алгоритмы. Особенно преуспели монопольные распорядители государственного насилия, так называемые «силовики». Рост их претензий легитимируется важностью служения державе в ситуации растущего сепаратизма, наркомании, терроризма, педофилии, бандитизма, хакерства и браконьерства. Стало быть, и «положено» им очень много. Но они «не разводят» на такие траты госбюджет, а решают проблемы сами, находя, где добрать «положенное» им не по закону, но по справедливости. А в России справедливость всегда стояла выше закона.

В этих условиях у бизнеса нет выбора – быть легальным или теневым. Неизбежное сращивание с властью предполагает использование теневых схем бизнеса. Разве можно платить взятки, откаты, строить стадионы, дарить музеям шедевры, оплачивать избирательные кампании за счет прибыли, оставшейся после налогообложения? Это неправда, когда говорят, что теневой бизнес не платит налоги. Он не платит налоги государству. Но обязательно делится с властными инстанциями, от которых зависит. И чем больше зависит, тем больше платит, а стало быть, нуждается в росте теневой составляющей, поскольку легальный бизнес не вынесет двойной нагрузки.

Публичные скандалы вокруг высокопоставленных коррупционеров говорят об усилении борьбы ведомств и элитарных групп за ресурсы. Бюджет как ресурсная копилка внушает тревогу. Уже и газ весь за рубеж идет, не доходя даже до деревень ближайшего Подмосковья, и предпринимателей почти поголовно загнали под всевозможные «крыши», и милицию в полицию переименовали, создав повод для уменьшения числа служивых в ходе аттестации. А ресурсная база «распила» становится все более конфликтной. Бизнес, единственный субъект, созидатель ресурсов, уходит в тень, выводит капиталы за рубеж, продается иностранным инвесторам, сливается с транснациональными компаниями, то есть всячески сопротивляется отъему средств, в чем проявляется его полная «социальная безответственность».

Нынешняя административная конкуренция за ресурсы проходит под знаменами борьбы с коррупцией и должностными злоупотреблениями. Страна не успевает следить, кто на чем попался. Таможенники разоблачили Генпрокуратуру, пользуясь делом «Трех китов». Чекисты отодвинули от кормушки милиционеров, покрывающих игорный бизнес. Политическая риторика и практика государственного управления тянут страну в разные стороны. Думаю, понятно, у кого окажется больше сил.

Часть первая

Неформальный сектор - это не теневая экономика

Под неформальным сектором обычно понимается совокупность мелких хозяйственных единиц, а также экономическая деятельность, осуществляемая на базе домохозяйств или индивидуально . Понятие неформального сектора не тождественно понятию теневой или ненаблюдаемой экономики. К теневой экономике относится любая нерегистрируемая и необлагаемая налогами экономическая деятельность, включая криминальную, а также нерегистрируемую в рамках крупных или средних зарегистрированных предприятий, тогда как неформальный сектор не включает занятых запрещенной деятельностью (контрабанда, производство и распространение наркотиков, проституция, и т.п.), а также тех, кто работает без регистрации на крупных и средних предприятиях формального сектора. Однако он может включать как самозанятых, так и занятых по найму (на предприятиях неформального сектора или у физических лиц).

С точки зрения российской статистики "предприятиями неформального сектора считаются предприятия домашних хозяйств, или некорпоративные предприятия, принадлежащие домашним хозяйствам, которые осуществляют производство товаров и услуг для реализации на рынке и не имеют правового статуса юридического лица" .

Неформальный сектор в целом и занятость в нем очень трудно оценить количественно. На одном полюсе в спектре видов неформальной занятости находятся высококвалифицированные услуги, оказываемые в индивидуальном порядке профессионалами (например, врачами, преподавателями, адвокатами). На другом - малопроизводительная деятельность, направленная на обеспечение условий простого выживания семей (как, например, производство продуктов в домашнем хозяйстве для последующей продажи на рынке). Еще один дополнительный сегмент - это малое предпринимательство. Оно может носить индивидуальный и некорпорированный характер (то есть не быть оформленным в виде фирмы) и поэтому остается вне отчетности формального сектора.

Важнейший источник информации о занятости в неформальном секторе - обследования населения по проблемам занятости (ОНПЗ), проводимые Госкомстатом России. Они во многом отвечают международным требованиям по измерению неформальной занятости. С 1999 года они проводятся поквартально, что позволяет "схватить" сезонные колебания в динамике неформальной занятости.

Выделение занятых в неформальном секторе осуществляется на основе комбинирования ответов на несколько вопросов, ключевым из которых является вопрос о месте работы. Он предполагает следующие варианты:

  • (а) на предприятии, в учреждении, организации;
  • (b) в фермерском хозяйстве;
  • (с) предпринимательская деятельность без образования юридического лица;
  • (d) на индивидуальной основе;
  • (e) по найму у отдельных граждан).

Группы (с)-(е) полностью относятся к неформальному сектору. Занятые в (а) и (b) также относятся к неформальному сектору в том случае, если они работают "без регистрации или оформления документов" "на собственном предприятии или в собственном деле для получения дохода" или "в качестве члена производственного кооператива (артели)". К неформальному сектору также относятся занятые производством продукции или оказанием услуг в домашнем хозяйстве, если эта продукция или услуги реализуются на рынке. Укрупненная структура неформального сектора, выделенного в соответствии с принятым определением, показана на рис. I-1.

Рисунок I-1. Структура занятости в неформальном секторе на основной работе в 2001 году (в среднем за год)

К неформальной занятости следует относить и ту занятость, которую сами граждане считают своей основной работой, и ту, которая является второй или дополнительной. Понятно, что в большой мере вовлеченность граждан в неформальный сектор проявляется в форме вторичной занятости. Доля этого сектора в общих затратах рабочего времени в экономике может при этом быть значительно больше, чем его доля в численности занятых.

1 - Статья подготовлена в рамках проекта Бюро экономического анализа "Разработка методики макроэкономической оценки и анализ тенденций неформального сектора российской экономики с учетом международного опыта". Автор выражает благодарность С.Барсуковой, Н.Вишневской, Т.Горбачевой, Р.Капелюшникову, А.Косареву, Г.Монусовой, В.Радаеву и З.Рыжиковой
2 - Существует множество определений теневой и неформальной экономик. Достаточно всесторонний обзор литературы по проблемам теневой экономики дан в Schneider and Enste (2000), Shadow Economies: Size, Causes, and Consequences. Journal of Economic Literature, Vol.38, No.1. На русском языке см, например: Э.Мингиони, Неформальная экономика сквозь призму западного опыта... В: Неформальная экономика: Россия и мир. Под ред. Т.Шанина, М., 1999; Неформальная занятость. В: Занятость и рынок труда, М., 1998. Некоторые исследователи связывают неформальную экономическую активность не столько с сектором домашних хозяйств, сколько с корпорированными субъектами. См.: Неформальный сектор в российской экономике, ИСРАП, М., 1998.
3 - "Методологические положения по измерению занятости в неформальном секторе экономики". Госкомстат России, 2001.

Дисциплина: Экономика
Тип работы: Эссе
Тема: Неформальная экономика и структура домашнего хозяйства

Неформальная экономика и структура домашнего хозяйства

Тема «неформальная экономика и структура домашнего хозяйства» выбрана мною не случайно. В современных условиях, когда так много говориться о развитии рыночных отношений и которых так мало наблюдается в действительности, неформальная экономика получила широкое развитие. Домашнее хозяйство является значительным сегментом неформальной экономики. В той или иной степени, по оценкам аналитиков в неформальной экономике задействовано около половины работоспособного населения нашей страны.

Прежде чем проводить анализ этого явления, дадим понятие «неформальная экономика».

Первое время понятие «неформальная экономика» воспринималась как синоним понятиям «бедность», «неразвитость». Экономическая теория определяла неформальную занятость как удел тех, кто не имеет возможности устроиться в формальном секторе, как стратегию выживания, анахронизм.

Однако впоследствии данному термину вернули тот смысл, который обнаружил К. Харт – знак предпринимательской активности населения.

К. Хартом (1973), британский антрополог, при исследовании городской рабочей силы в Гане ввел разграничение между теми, чьи отношения с работодателями были оформлены контрактами, и теми, кто зарабатывал на жизнь неформально.

Скорость, с которой термин, введенный К. Хартом получил развитие, свидетельствовал о том, что понятие \"неформальная экономика\" способно охватить явления более общего порядка, нежели специфику рынка рабочей силы в Гане.

Рассмотрим современные определения неформальной экономики, которые можно встретить в экономических словарях:

НЕФОРМАЛЬНАЯ ЭКОНОМИКА - совокупность видов хозяйственной деятельности, не охватываемых правовым, фискальным и статистическим учетом. Неформальная экономика представлена широким спектром неформальных отношений, которые имманентно присущи экономике развитых, развивающихся и постсоциалистических стран. Неформальная экономика именуется иногда «параллельным хозяйством», «второй экономикой». Она вписывается в структуру современной рыночной экономики, взаимодействует и переплетается с официальной экономикой.

НЕФОРМАЛЬНАЯ ЭКОНОМИКА – совокупность хозяйственных отношений, которые не отражаются в официальной отчетности и формальных контрактах.

Типология Дж. Гершуни:

Данные определения целесообразно дополнить высказыванием В.В. Радаева, который отметил, что \"неформальная экономика не просто указывает на отдельные формы хозяйства, но обозначает общий экономико-социологический подход к миру хозяйства. Неформальная экономика предстает как определенная логика действий экономических агентов\".

Чтобы лучше понять, что же такое неформальная экономика, рассмотрим отдельные ее сегменты, какими являются теневая экономика и домашнее хозяйство.

Теневая экономика – это деятельность, совершаемой в обход тех или иных формализованных институтов хозяйственной практики (регистрации и лицензирования, налогообложения, отчетности и т. д.).1

Данное явления опасно следующим, несоблюдение каких либо норм или их игнорирование приводит к тому, что их место занимают другие нормы. Возникают нелегальные отношения. Можно выделить два вида таких отношений: коррупция - нелегальная связь с легальными представителями власти и, например попытки обзавестись “крышей” - стремление установить регулярные отношения с силовыми партнерами легального и нелегального толка.2

Одним из негативных моментов является тот факт, что такая деятельность воспринимается как рациональное поведение, например, вопрос об уплате налогов. Многим уклонившимся от уплаты налогов, даже не приходит в голову, что они поступают неправильно. Пропаганда, проводимая в Росси в 2002-2004 годах по телевидению «уплати и спи спокойно» не принесла ощутимого результата. Это произошло по двум причинам: во-первых, неуплата налогов – это «правильно» по мнению большинства, во-вторых – можно не уплатить и спать спокойно, будучи уверенным, что расплата не наступит. Аналогичные примеры можно привести и по другим видам деятельности, совершаемым в обход формализованных институтов.

Другой блок неформальной экономики - домашняя экономика, изначально предполагающая в качестве основы неформальные институциональные нормы. Домашняя экономика не нарушает хозяйственного законодательства, она просто им не регулируется. Внеконтрактность домашнего труда является нормой общества, а не результатом стремления его участников повысить доходность деятельности.3

Более подробно данный блок неформальной экономики мы рассмотрим ниже.

Целесообразным будет также рассмотреть классификацию неформальной экономики, изложенную В. Радаевым, которая представляется наиболее приближенной к действительности. Он выделяет такие ее основные составляющие, как легальную неофициальную экономику, внеправовую экономику, полуправовую экономику и криминальную экономику.

Легальная неофициальная экономика – это экономическая деятельность, не нарушающая ни действующего законодательства, ни прав других хозяйственных агентов, которая не фиксируется в отчетности и контрактах.

Внеправовая экономика – это экономическая деятельность, нарушающая права других хозяйственных агентов и находящаяся во внеправовых зонах. Сюда автор относит деятельность финансовых пирамид, а также нарушения экологической безопасности, лоббирование в пользу отдельных субъектов, выраженное в предоставлении в виде исключения льгот и субсидий.

Полуправовая экономика – это экономическая деятельность в целом соответствующая законодательству, но периодически выходящая за его пределы. По мнению автора, – это бартерные сделки, способы ухода от налогов, включающие образование “черного нала”, работа без лицензии и патента, трудовой найм без оформления.

Криминальная экономика – это экономическая деятельность, запрещенная законом и систематически нарушающая закон. Это контрабанда, торговля наркотиками и оружием, проституция, торговля людьми. 4

После того как мы рассмотрели составляющие неформальной экономики можно яснее представить масштабность этого явления. Так, по оценкам Госкомстата в неформальной экономике в 2001 году был занят каждый девятый мужчина и каждая девятая женщина, однако необходимо отметить, что реальной статистики этого явления не существует и, на мой взгляд, число задействованных в неформальной экономике значительно больше официальной статистике. Вот как это объясняет Моргунов Е.: «Существование России в течение последних десяти лет парадоксально. Оно парадоксально в том смысле, что если верить статистике, которая представляет развитие государственной экономики, с одной стороны, с другой - капиталистической экономики России, то непонятно, как выживает, скажем, половина россиян. За десятилетие есть резкое падение производства, есть резкое падение доходов, есть падение производительности. И если что-то такое произошло в других странах мира, это бы привело к голоду и уровням социального развала, которых Россия не имеет».5

Чем же вызваны такие большие масштабы данного явления? Современные условия хозяйствования не дают реальной возможности достойного заработка. Зачастую вопрос об участие в неформальном секторе экономики – это вопрос выживания. Здесь уместно будет сказать, что неформальная экономика присуща не только развивающимся странам или странам с переходной экономикой. Данное явление наблюдается и в развитых странах, однако степень его развития различна. Рассмотрим на примерах, почему в одном сильном государстве неформальной экономике присуща масштабность, а в другом нет.

Пример США и Великобритании в конце 70-х: кризис и неудовлетворенность государственной социальной политикой – всплеск неформальной активности в США и его отсутствие в Великобритании. Причина кроется в характеристике социальной структуры в обществе:


в Великобритании общество индивидуализированно, рабочие – коренные жители, иное отношение к неформальной деятельности (пример – солидарность водителей на дорогах России в отличие от европейцев).
в США – невыгодные места заполнены иммигрантами – больше сетей личного взаимодействия на основе общей этничности (язык) и маргинальности положения. Это дает возможность для неформальной деятельности быть успешной.

В целом существование неформальной экономики можно объяснить следующим:


Выживание (мелкая торговля у метро);
Конкурентные преимущества (найм без оплаты ЕСН);
Самостоятельное развитие (кустарь-ремесленник);
Прибыль на торговле запрещенными товарами (наркотики, оружие).

Неформальной экономике присуще ряд парадоксов. Так, отсутствие формальности приближает экономику к \"естественному\" состоянию – идеалу свободного рынка. На самом деле, чем ближе реальное состояние к идеалу свободного от регулирования со стороны государства рынка, тем сильнее оказывается его зависимость от социальных связей. Поскольку в неформальной экономике нет легальной защиты от обмана, нет возможности обратиться в суд. Таким образом, именно неформальная экономика в значительной степени укоренена в социальных связях и отношениях.

Вторым парадоксом является тот факт, что попытки государства избавиться от неформальной экономики путем насаждения правил и контроля создают благоприятные условия для ее функционирования.

И, наконец, третьим парадоксом является тот факт, что чем надежнее контроль соблюдения правил, тем меньше информации о масштабах и формах неформальной деятельности, тем слабее основа для выработки мер государственной политики по отношению к неформальной экономике.6

Таким образом, можно сделать вывод, что масштабы и динамика неформальной экономики зависят от мировых тенденций развития неформальных отношений. Они определяются также конкретно историческими условиями каждой страны. При этом важнейшим фактором служит степень эффективности регулирующих механизмов, как рыночных, так и государственных.

Можно сколько угодно говорить о вреде неформальной экономики, о мерах борьбы с ней, но пока государство не предложит своим гражданам что-то взамен, не предоставит возможность для получения достойного легального заработка, говорить о борьбе с неформальной экономикой, по крайней мере, неуместно.

Конечно, значительная по масштабам занятость в неформальном секторе порождает ряд социальных и экономических проблем.

Вот как описывает основные проблемы, порождаемые неформальной экономикой В. Гимпельсон: «Доходы от деятельности здесь не облагаются налогами, поэтому бюджеты и социальные фонды лишаются значительных средств. Поскольку этот сектор малопроизводителен (в силу низкой капиталоемкости и преобладания примитивных технологий), его развитие может сдерживать экономический рост в целом, представляя собой нерациональное отвлечение ресурсов. Развитие неформальной занятости, как правило, усиливает и без того чрезмерное неравенство доходов. Трудовые права работающих в этом секторе граждан никак не защищены законом. Занятые здесь оказываются в очень уязвимом и незащищенном положении, лишенные многих трудовых прав и всех социальных льгот. Как и любые теневые доходы, наличные средства, обращающиеся в этом секторе, могут питать коррупцию и преступность. Не имея возможности создавать свои лоббистские организации или отстаивать свои политико-экономические интересы, работники неформального сектора оказываются выключенными из политического процесса. Чем значительнее масштабы этого сектора, тем сильнее могут проявляться его негативные последствия».7

Он же определяет и позитивные стороны неформальной экономики: «Однако, неформальный сектор, если он не чрезмерен, имеет и свои несомненные позитивные стороны для развивающейся или переходной экономики. В условиях глубокой или затяжной рецессии в странах, в которых государство не способно обеспечить эффективную защиту от безработицы, именно этот сектор предоставляет определенную социальную поддержку потенциальным безработным. В частности, он позволяет потерявшим работу иметь заработок и избежать скатывания в беспросветную нищету, а государству, испытывающему сильное давление на бюджет, экономить на пособиях по безработице. В конце концов, доходы субъектов неформального сектора составляют элемент совокупного спроса в экономике и расходуются в основном в рамках формального».8

Как уж упоминалось, неформальная экономика присуща не только развивающимся странам или странам с переходной экономикой, однако очевидным становиться тот факт, что ее масштабность напрямую связана с неразвитостью экономики.

Таким образом, в ходе реформирования российской экономики должны быть созданы правовые и экономические условия для уменьшения неформально-легитимных отношений, вытеснения теневой экономики и усиления борьбы с ее криминальными проявлениями. Это позволит несколько снизить масштабность неформальной экономики, однако как показывает практика, вряд ли полностью удастся от нее избавиться.

Ни в коем случае не стоит пытать вывести неформальную экономику на легальный уровень, например, пытаться обложить налогами. В данном случае уместно привести высказывание Е. Моргунова: «Мне задали недавно такой вопрос: а как вы относитесь к вопросу налогов на неформальную экономику? Я сказал, надеюсь, провалятся... В этом споре людей с правительством, трудным правительством, которое очень мало людям дает, и людьми, которые пробуют как-то выжить и защититься, я знаю, на чьей я стороне - на человеческой. В богатой стране надо платить налоги. А в стране бедной, где неформальная экономика дает возможность людям выжить, несмотря на правительство, накладывать налоги на недостаточные доходы - это глупость и также, на мой взгляд, аморально. Глупость, потому что собрать не удастся и плата за сбор очень высока. Аморально потому, что справедливый налог должен быть четко прогрессивным».9

Таким образом, на основании вышеизложенного можно сделать вывод: неформальная экономика присуща российской экономике, причем в масштабах значительно превышающими статистические данные. Для борьбы с этим явлением в первую очередь необходимо создать приемлемые экономические условия хозяйствования.

Перейдем теперь к рассмотрению понятия и структуры домашнего хозяйства.

Домашняя экономика – эта не любая деятельность внутри домохозяйства, в неё включается только та деятельность, которая не ставит своей целью получение прибыли за домашнюю деятельность, она предназначена сугубо для внутреннего потребления, но не для продажи произведенных дома пирожков на железнодорожной станции.

Понятие домохозяйства и семьи разделяются. Семья включает родственников, а домохозяйство представляет собой совокупность людей, ведущих совместную экономическую деятельность: имеют единый бюджет, не делят полки в холодильнике …

Чем домашний труд отличается от досуга? – Если домашнюю работу можно заменить наемным трудом, то это домашний труд, если же эта идея абсурдна, то это досуг. Кроме того, все, что касается ухода за ребенком, – это труд, в то же время воспитание детей – досуг.

Можно выделить следующие причины наличия домашней экономики:


преодоление товарного дефицита.
сглаживает противоречия между индивидуализированными потребностями и массовым характером производства.
преодоление дефицита денег.

Каждая из причин возникновения домашней экономики характерна для определенного типа экономики.

Так, в условиях плановой экономики основной причиной существования домашней экономики является преодоление товарного дефицита; в условиях рыночной экономики – домашняя экономика сглаживает противоречия между индивидуализированными потребностями и массовым характером производства, а в условиях переходной экономики домашняя экономика позволяет преодолеть дефицит денег.

Наличие вышеперечисленных причин объясняет, почему нельзя связывать домашнее хозяйство только с низкими доходами населения. Обнищание населения актуализирует мотив экономии средств, что действительно ведет к расширению домашнего производства. Однако при росте благосостояния общества экономия как мотив ведения домашнего хозяйства отходит на второй план, возрастает потребность в удовлетворении индивидуализированных потребностей. В этой связи представляется спорным суждение об однозначной связи домашнего труда в России с экономическими и социальными проблемами переходного периода. При более благоприятной ситуации домашняя экономика сохраняется, но на другой идейной основе, в других масштабах и в других формах.

Иначе говоря, в крупнейших экономических центрах домашняя экономика - добровольное обслуживание индивидуализированных потребностей; на остальной территории - вынужденное удовлетворение базовых унифицированных потребностей. В первом случае домашний труд обусловлен возможностью купить “не совсем то”, во втором - нехваткой средств для покупки готовых товаров. На бытовом уровне это проявляется в том, что некоторые хозяйки варят варенье из крыжовника, начиненного грецкими орехами, другие незамысловато переводят на повидло плоды собственных дачных усилий.10

Домашнюю экономику можно изучать следующими методами:


Анкетный опрос;
Бюджеты времени – инструментарий, который позволяет оценить затраты времени, которые тратят люди на определенные виды домашней деятельности (время приготовления пищи, уборки по дому).

Особенность домашней экономики – неспособность адекватно оценить ее стоимость. Так, западная практика рассматривает домашнюю экономику в стоимостных показателях, но в связи с этим возникает вопрос, как оценивать труд по приготовлению пищи, так как не существует единой ставки за эту работу. Второй способ оценки – по альтернативной стоимости затраченного времени, но здесь также возникает проблема, одна и та же работа, скажем, приготовление борща, для адвоката и дворника стоит по-разному.

Характеризуя домашнюю экономику России здесь целесообразно вспомнить поговорки: «Голь на выдумку хитра», «Хочешь жить, умей вертеться!». Все это как никак точно соответствует нашей действительности. Чего только не придумают современные хозяйки, чтобы накормить и одеть семью.

Процитируем отрывки из статьи Винаградского В.Г., составленные на основе данные записанных в ходе полевых социологических исследований крестьянства Южной России: «Питание – это, мне кажется, самое-самое хорошее поле для экономии и изобретательности. Вот, раньше я не пекла хлеб. Сейчас я его пеку. И я сейчас не только хлеб пеку. Потому что со временем я поняла, что дрожжевое тесто – самое выгодное! Яиц в него класть не надо. А что надо? Кисляк, немножко сахарку, постное масло. И все! А теста получается очень много. Можно печь и булочки, и пирожки, и пироги, и все что хочешь. И рулеты – на выбор: хочешь сладкие, хочешь – с зеленью. Так что я хлеб пеку сама, потому что хлеб сейчас дорого покупать. Меня...

Забрать файл
 
Статьи по теме:
Лидеры и аутсайдеры Какие страны относятся к аутсайдерам
15-02-2010 13:18 Страны-аутсайдеры получили прозвище PIGS (свиньи) Появившаяся с легкой руки экономистов Goldman Sachs аббревиатура , объединяющая потенциальных экономических лидеров, стала обрастать клонами. Для потенциальных аутсайдеров - Португалии,
Комиссия по градостроительству, государственной собственности и землепользованию
1. Комиссия по землепользованию и застройке (далее - Комиссия) создается в целях подготовки Правил землепользования и застройки в соответствии с Градостроительным Земельным кодексами Российской Федерации, а также для решения следующих задач: Рассмотрение
Что такое сборные конструкции?
Унифицированные, заводского изготовления конструкции. Сборные конструкции в строительстве, конструкции, собираемые (монтируемые) из готовых элементов, не требующих дополнительной обработки (обрезки, подгонки и пр.) на месте строительства. Элементы сборны
Устойчивость и надежность банка
2.2 Анализ депозитных операций ПАО «Сбербанк России» Привлечение средств частных клиентов и обеспечение их сохранности остаются основой бизнеса ПАО «Сбербанк России» привлекает средства в срочные депозиты, вклады до востребования, включая банковские карты